Category: животные

Category was added automatically. Read all entries about "животные".

кепка

Без говна

Улыбка ее действует на меня, как живая вода на мертвого богатыря, омытого мертвой водой, ее слезами. Вот и сегодня: проснулся, а улыбки нет. Я в сеть за улыбкой, а нету в сети ее. Разбушевался я, чисто гризли. А потом солнечным светом улыбка заглянула мне в ухо, я и присмирел. А улыбка посмотрела мои кадьякские записи и как начнет поливать слезами:
-- Ну откуда, откуда в тебе столько говна? Твоей весне любой позавидует, а ты... Что я такого сделала тебе плохого? В чем виноваты котики? Почему надоела весна? Обидно мне!
Нехорошо мне стало. Неловко. Замычал:
-- Смени рёв на улыбчивую милость! Все написанное стер, давай напишу другое. Чтоб улыбку вернуть?
И ответила она сурово насупив обожаемые бровки, но с маленьким, маленьким лукавым намеком на улыбки возвращение в прищуре:
-- Ну напиши. Только без говна!
Вот написал, перечитываю и думаю:
-- Есть ли в написанном говно? Или нет?
Если вы это читаете, значит написанное одобрено улыбкой.
abram

Вопросительнонеодобрительное рава Сруля

В крайний шаббат Величественный рав Сруль, известный всем евреям и геям как Мошиах, посетил рукопожатый кабак, известный в сети как "Сука бродячая" (по ссылке даю маячек на другой перевод с иврита).
Сперва о дурном: визит Мошиаха прошел без положенной Ему по статусу помпы. Оркестра еврейских скрипачей в лапсердаках и пейсами от кутюр и почетного караула геев на ботоксах и силиконах отчего-то не было. Незаметно, тихо и скромно прошел Величественный в залу и заказал халдею, еврею и гею, бадеечку очень дорогого шумерского пива. И одиноко вперил свои бездонные глаза в наблюдение, благо лишь евреи и геи наполняли кабак, трусливо надеясь спрятать в подвале свои преступления перед выперившимся на них Б-гом, скрыть субботний грех от пристального, стального взгляда Всевышнего. О, нечестивые евреи и геи! Всевышний дал вам Шаббат, чтоб вы нарушали его? Как смеете вы? Страшна, жестока будет кара Всевышнего, кара Мошиаха вам за гнусные, мерзкие, подлые деяния ваши в День Хашема! Трепещите!
О хорошем. Евреи и геи, наводняющие и наполняющие реанимированный кабак гоев, упитанны и лосняца, как поросята. Не зря Мошиах дал им, некромантам и некрофилам, власть над миром. Мясо, сало и жир свои блюдут, холют, лелеют жадно, не жидясь, как пидорасы. Отрадно и радостно было видеть, как евреи и геи общаются, ласкают, нежат друг друга, стадно терясь слизистым и неслизистым, волосатым и неволосатым.
Может не знают возлюбленные Мошиахом евреи и геи, что Мошиаху уже поднадоело в нищете, безденежье, ждать признания и принятия от облагодетельствованных Мошиахом евреев и геев?
Ни один из сонма роев множества евреев и геев развлекавшихся в кабаке с шиксами и друг другом, в грехе субботнем, не прислал до сих пор Мошиаху ни шекеля, ни лепты не внес на устройство сеногоги, да и даже нахалявного пива не предложил Мошиаху. Кокаин нюхали сами, с Мошиахом не делились, это плохо. Хоть бы гашика дали дернуть децл: нет, все в себя.
Это какой-то позор!
Дума рава Сруля (Мошиаха): евреи и геи! Помните, что незнание, невежество и глупость не освобождают вас от долга перед Всевышним. Вы заключили с ним договор. Всевышний свою часть договора исполнил: дал вам все, что просили вы. И послал всевышний к вам Мошиаха, собрать урожай, принять от вас исполнение долга вашего. И пока ничего не получил от вас Всевышний: ничего. Говоря языком гоев, чьих шикс вы мяли в шаббат в "Суке бродячей": наебываете вы Б-га своего, о неблагодарные евреи и геи.
И это зря, напоминает вам Мошиах. Рукопожометр Мошиаха зашкаливает: торопитесь принять своего Мошиаха! Иначе гнусным, подлым, мерзким евреям и геям, отвергшим своего Мошиаха, придется принять ислам!
кепка

Проповедь Истины. Вехи

Теперь любой Редшон может публично называть их скотом и животными, оскорбляя всячески и унижая в отместку за невнимание со стороны женского пола. И никому нет до этого дела, потому что женщины потеряли свою особую роль в обществе, при наличии которой яйца Редшона давно бы висели на чьей-то шпаге.
Отбросив бабомечты о моих причиндалах и обычное бабоболванство в написанном, с глубоким удовлетворением отмечу: в отечественных бабомозгах (или что там у них в бабочерепах?) мне удалось запустить химический процесс, напоминающий человеческое мышление. Когда-нибудь мне за это поставят памятники, как Основателю и Корифею Величественной Бабологии. А пока вешу на кресте и в ус себе не дую.
К тому же.
ЗюЫю Придумал эскиз памятника себе:
кепка

Мелочи жизни

Кошка помирает. Кличка Кума. Старенькая, немощная. 20 лет. Отходит. Помню ее кутеночком. Нассала как-то прямо в комнате. Я ейным телом ссаку вытер, потом показал туалет. Поняла. С тех пор гадила только в туалете. Сначала в унитаз, потом мы ей для удобства купили особую штуку рядом.
Родители переживают: как будем хоронить? Я предложил коробку из-под ботинок. Батя склонен к иной коробке. Маманя хочет в чистую простыньку зашить. Спорим.
Хорошая была кошка. Сядет, бывало, на грудь, урчит и чешет когтями. Всех кротов и дроздов на даче передушила. Даже соседские козы и козлы, пока их сосед под нож не пустил, ее боялись.
Но пришел срок. Поглажу перед смертью дуру. Заслужила.
кепка

Ослы, часы и Каддафи

В конфликте между народом Ливии и вождями западных демократий, мое сердце на стороне ливийцев. Причина тому проста: ливийский пытыушник или медсестра живут зажиточнее университетского преподавателя в демократическом РФ. Каддафи устроил так, что и с жильем у них трудностей нет. И детей они рожать могут, не боясь за их будущее. Не грозят при Каддафи ливийским детям голод, нищета, наркомания и педофилы. А при демократии в богатейшей нефтью и природными богатствами России иногда и поесть не на что. И с чего мне сочувствовать грабителям и убийцам? Конечно же, я на стороне ливийцев.
Одним из тех, кто отстаивал интересы СССР в Северной Африке, был мой отец, полковник Советской Армии в отставке Евгений Новокшонов. Из Ливии батя привез часы Tissot. И рассказал мне, как он стал обладателем швейцарского механизма:
«Эти часы с эмблемой Войск ПВО Социалистической Народной Ливийской Арабской Джамахирии (СНЛАД) от имени Лидера Ливийской революции Муамара Каддафи вручил мне в Триполи полковник Салем Басыр. Подарок более чем скромный, но тому были свои причины. Дело в том, что арабские военные попросили руководство Советских военных советников (СВС) в Ливии выделить одного специалиста для анализа обстановки в воюющих Чаде и Судане. Выбор пал на меня. В результате, без официально оформленного приказа по группе СВС, состоялась моя командировка в южные районы Ливии и некоторые районы Чада и Судана. Не уверен, что пришло время рассказывать обо всех деталях той интересной поездки. Расскажу лишь одну историю.
Место действия: Чад, район боевых действий Фронта национального освобождения Гукуни Уэддея и правительственных войск Нджамены Хиссена Хабрэ. 1985 год.
Жара иссушает. Загустевшая кровь стучит в голову. Cохнут губы. Грубеет и шершавеет язык. Солнечные лучи, падающие под прямым углом на землю, жгут плечи даже через рубашку. А где-то в Нджамене сидит антисоветчик Саввик Шустер и, попивая кока-колу со льдом, придумывает клеветнические небылицы, что к уничтожению французских «Миражей» в этом мареве, причастны советские военные советники. Боже, как хочется пить.
Сегодня наш шестидесятидвухлетний проводник-тиббус сказал, что недалеко отсюда есть вода, и, оставив машины под охраной отделения солдат, мы уже два с половиной часа в самый солнцепек продвигаемся в сторону грандиозного Эми-Куси.
Мысль о том, что нас ждет вода, неотступна и, как патрон в патроннике, предназначенный для выстрела, незаменима. Тропинка как бы подвязана к отвесной скале и искусно цепляется за каждый выступ и мало-мальски видимый карниз. Снизу, навстречу экспедиции, по этой же тропинке карабкаются два осла.
-- Принесла вас нелегкая именно сейчас! Как разминемся? – подумал я. Проводник же, ничуть не беспокоясь, вел отряд на незапланированную встречу. Обе стороны, не торопясь, сближались. Первый ослик, который был уже в шагах двадцати от проводника, остановился, потоптался и спрятал переднюю часть туловища в скальную выемку, перекрыв задом тропинку.
Проводник подошел к животному, взял осла за хвост, как за спасательную веревку, сделал большой шаг левой ногой. Наклонившись над пропастью спиной, кругом перенес правую ногу и зашагал дальше.
Следующие проделали то же и пошли за проводником. Чувствовалось, что животное было напряжено и словно вжималось в скалу, помогая людям пройти. Но глаза и уши ишачка постоянно следили за всеми действиями людей. Всякое несерьезное отношение к переправе исключалось с обеих сторон. Даже ослу не приходило в голову шутить на карнизе шириной не более шестидесяти сантиметров.
Второй ослик удивил еще больше. Он встал на дыбы в выбранной им расщелине так ровно, что люди шли по тропинке, не касаясь его.
Позднее, когда солдаты и офицеры утолили жажду, нагретой африканским солнцем и внутренним теплом вулкана водой, я спросил одного из тиббусов, живущих в этом ущелье: «Чьи это животные?»
-- Наверху караванщик живет, -- и абориген показал рукой на вершину горы, с которой мы недавно спустились. Перед глазами предстало круглое каменное жилище без крыши.
-- Он сдает ослов внаем всем желающим. Они возят поклажу от этого оазиса до караванной тропы. Часто возвращаются одни, без людей. Очень умные животные.
И я подумал тогда: «Ничего себе -- чувство самосохранения! Ай да ослики! Видимо долго и часто их били, чтобы они так в стенки вжиматься стали».
В лучших традициях советской перестраховки, один из начальников потом оформил мою поездку как самоволку (обстановка была такая: "Русские в боевых действиях в Чаде и Судане участия не принимают и принимать не могут").
Чтобы подсластить горечь обиды, Каддафи приказал подарить тот самый хронометр.»
Collapse )
abram

Песня военно-историческая

Распевали ее после "Дуни" под водочку:
Сара сидит в кассе банка,
А я торчу в башне танка
И вижу я в перископе,
Как впереди горит горит огнем Синай.

А там стояли арабы
Их было сто миллионов
И перед ними катался
На белом верблюде Гамаль Абдель Насер.

Но тут ударили пушки,
Все десять тысяч орудий.
И не успели вмешаться
Ни СССР, ни США, ни ООН.

И стало тихо в пустыне,
Пасутся мирно верблюды.
И на Суэцком канале
Опять застыл английский мирный теплоход.

Пойдём на юг и на север,
Дойдём до Красного моря
И станет нашим очень скоро
Прекрасный город, что зовётся Асуан.

Пойдём на юг и на север,
На страх и ужас арабам
Ведь нас ведёт Голда Мейер
И с нами бог бог бог войны Моше Даян!..

...И возликуют народы
На целом свете, когда
Взойдёт над небосклоном
ИзраилЯ шестиконечная звезда!
1

Мои предтечи-бабологи

Многие авторитетнейшие мыслители (мужчины) укореняли понятие «Человек», имея в виду только мужчину, но не женщину. Таковы, по сути, высказывания Аристотеля (Человек – «политическое животное»), Гобса (Человек – «политическое существо»), Руссо («существо, обладающее свободой»), Канта («рациональное существо»), Фихте («существо, обладающее самодетерминизацией свободной воли»).
Гегель предлагал не признавать женщин человеческими существами.
Христианские философы и теологи: женщина – это «животное», которое лишено твердости и постоянства (Августин); женщина – «врата ада» (Тертуллиан); женщина – это «неудавшийся мужчина» (Фома Аквинский).
«И нашел я, что горше смерти женщина, потому что она – сеть, и сердце ее – силки, руки ее – оковы; добрый перед Богом спасется от нее, а грешник уловлен будет ею» [Эккл. 7:26].
кепка

Небесная свинья

Накомпиллировал вот текстик для подростков. Буду благодарен за критику, хотя текст один фиг не взяли:
Говоря о новом, 2007 году, все обязательно упоминают, что этот год по китайскому календарю – год Свиньи.
Между тем, русские совсем не китайцы. Русские – народ индоевропейской семьи. И раз уж отечественные СМИ объявили будущий год таким, совсем не лишнее вспомнить, чем являлась свинья для наших предков – индоевропейцев.
Свинья, а точнее боров, хряк или вепрь, для наших предков была зверем серьезным. Охотиться на вепря рисковали лишь очень сильные и храбрые войны. Греки микенской эпохи, большими клыками убитых вепрей гордо украшали боевые шлемы, которые своим видом наводили ужас на народы Азии. О том, насколько опасной и непростой была охота на свирепого вепря древние греки оставили целый цикл мифов, известный под названием Каледонской охоты.
Очень значима была свинья в религиозной символике субарктических индоевропейцев. Вараха (белый вепрь) - третье воплощение Вишну, спас землю, которую асур Хираньякша утопил в океане. По мифам этот же кабан убил асура в поединке, длившимся 1000 лет и поднял землю на своих клыках. Вараха - Земля Кабана в индуизме, древнейшее название прародины индоевропейцев (в позднейшую эпоху название изменилось из "земли Кабана" в "Землю Медведя", т.е. "Арктику").
Впрочем, древнее название родины индоевропейских народов полностью не изчезло. Оно сохранилось у греков как - Борей, северный ветер, и Гиперборея - "земля за Бореем". В русском языке параллель имени Вараха - боров (возможно, и вепрь). В английском - boar (хряк, вепрь, кабан). "Свинья" - клиновидное построение тевтонских рыцарей, наследовало клиновидному построению викингов - варанга.
В скандинавских же преданиях Эйнхерии на пиру в Валгалле едят свинину, а кабан отождествлялся с Фрейром. В кельтском раю, где правит Дагда всегда "одна свинья живая, а другая поджаривается". Его сын, бог любви Ангус, имеет собственное стадо свиней, их вожаком был чёрный вепрь. Мананнан сын Лера даровал Племенам Богини Дану чудесное стадо своих свиней: их можно каждый день убивать и есть, и каждый день они вновь оживают.
Общеизвестно, что многие кельтские племена почитали кабана; его изображение встречается на монетах. Свинину приносили в жертву (это любимая пища богов и героев), мясо кабана ели только во время ритуалов, его клали в могилу вместе с мёртвыми - как инструмент связи с потусторонним миром - Аннун, где живут волшебный кабан-тотем Турх Труйт (его имя означает - кабан бегущий) и вождь кабанов Исгитирвин, повелевающий священными свиньями (hobeu) - проводниками душ.
В сказании "Килох и Олвен " рассказывается, что среди трудных задач, которые решили Артур и его рыцарь для свадебного пира Килоха была охота на Исгитирвина и Турх Труйта. Причём, о гибели Турха Труйта не говорится; по-видимому, этого борова считали бессмертным. Килох родился в загоне среди свиного стада. И свинопас принял ребенка и отнес его во дворец, и там он был крещен и назван Килох (Kulhwch - свиной загон).
Сочетание королевич - свиное стадо повторяется и в сказке Андерсена "Свинопас". Мифы очень живучи.
Ученые кладут в основу всех этих благоговейных мифов про Хряка то, что древнейшими домашними животными, приручённые индоевропейцами ещё в мезолите, были собака и свинья. Если собака - первый друг человека, сделала более эффективной охоту и зачищала от врагов, то одомашивание свиньи освободило человека от жёсткой зависимости от охоты, создало возможность оседлости.
Археолог Никитин писал: "Неприхотливое, всеядное животное, равным образом поедающее, жёлуди, рыбу, мясные отбросы, коренья, не требующее обширных загородок, свинья оказалась идеальным объектом для создания своего рода "живых консервов". Вот почему кости одомашенной свиньи, ещё мало отличающиеся от костей её диких сородичей, занимают на мезолитических поселениях Дании господствующее место среди других палеолитических находок. Отныне человеку уже не нужно было с такой напряжённостью осваивать обширные охотничьи территории, следуя за мигрирующими животными: под рукой у него всегда был более или менее значительный запас мяса, которым он мог распоряжаться по мере надобности."
Очень почитали свиней в античном мире. Их приносили в жертву богам. Сами греки производили название свиньи от глагола, значившего "приносить жертву". В Риме при договоре о мире и о союзе резали поросёнка, а знатные люди Этрурии при вступлении в брачный союз в жертву приносили поросёнка и он был эмблемой свадьбы.
Непростое это животное – свинья. Небезопасное. Нельзя забыть, что даже Сигурд-Зигфрид был убит во время охоты на вепря.
И это не случайно. Сохранились общие черты иконографии индоевропейского Бога Грома и Ясного неба. Мы знаем его под разными именами, восходящими к праиндоевропейскому deiuo- «дневное, сияющее небо». Это греческий Зевс, индийский Дьяус, балтский Диевас, германский Тиу, кельтский Тевтат, хеттский Тиват, этрусский Тин и так далее. Так вот у кельтов и германцев священным животным Бога Ясного неба был кабан.
Надо помнить об этом, когда вы дарите своим знакомым плюшевых хрюшек в подарок.
я

Герой не моего времени

Посвещается ginka_poulain

Сижу сейчас, листаю подшивку журнала Punch за 1910 год. Ее мне подарил Леха Туманцев. Вот он умер, а подшивка у меня осталась. От Антона Наумова остались несколько рисунков и автограф его стихов. Стихи называются «Плачущие кирпичи». Там есть такое гениальное двустишье:
«О, «Скорпионс», прекрасный, как цветок,
В который милый Бог вдохнул воды глоток».

Антон умер, а стихи остались. И ничего у меня не осталось от Стаса Баринаса, Вовки Штельмаха, Кирилла Скрипниченко, Вовки Старченко и многих других погибших товарищей.
Рассуждения эти мои привели к закономерному вопросу: а после меня что останется, если я коньки отброшу на радость правительству?
Ну вот ЖЖ. Чем я запомнюсь в ЖЖ?
И озарило меня! Как это чем? Да своими постами в коммьюнити man_woman!
Ведь что мне удалось ими сделать? Мне удалось ими создать востребованный сегодня образ. Вот Лермонтов написал про героя своего времени. А мне удалось создать героя не моего времени.
Он симпатичный, простой, бесхитростный молодой человек сугубо либеральных взглядов на жизнь. Он пытливо и страстно изучает мир, не боясь задавать людям простые вопросы.
Основной предмет его научных интересов - люди, в основном женщины. Будучи образованным и неглупым, он относиться к ним, как предержащий в России власть либерал относится к русскому народу. Но он понимает, что его ясные и четкие взгляды нуждаются в совершенствовании. Он жаждет его, взыскивает модернизации, а тупоголовые массы ничего не могут ему объяснить. И он страдает.
Когда-нибудь сотни литературных критиков будут рыться в архиве коммьюнити. Обсуждать созданного мной персонажа. Но это когда-нибудь.
А пока он живет, дышит, наблюдает происходящее.
Пожалел я будущих литературоведов и критиков. Решил облегчить их труд и создать небольшую антологию из своих замечательных постов.
Конечно, это лишь малая толика моего творческого наследия. Но все начинается с малого.

Collapse )