Category: дача

Category was added automatically. Read all entries about "дача".

кепка

Забавное совпадение

Аллилуу́йя (ивр. הַלְלוּיָה] הללויה, в транскрипции халелу-Йа’х; в лат. транслитерации alleluia). Букв. «Хвалите Ях (Бога, Господа, Яхве, Йаг, Иегову)» — в ряде христианских конфессий — молитвенное хвалебное слово, обращенное к Богу.
Любопытно, как имя еврейского Ях похоже на тяжелое русское Эх, которое русские мужики говорят устало иногда.
«Эх, дубинушка, ухнем!
Эх, зелёная, сама пойдёт, сама пойдёт!
Подёрнем, подёрнем,
Да ухнем!».

Как указывают исследователи русских песен, припевы, употребляемые в различных комбинациях («Дубина, дубинушка!», «Подернем, подернем!», «Эй, ухнем! Эх, зеленая сама пойдет!» — см. Дубинушка (варианты)) восходят к старинному способу выкорчевывания деревьев под пашню: сначала перерубливали корни деревьев, затем тянули дерево за веревку, привязанную к вершине. Если как следует потянуть, тогда «зеленая дубинушка» (дерево) «сама пойдет» (упадет).
Почему это старинный способ? Мы так дядей покойным Колей дюжину соток семейных от елей, сосен, берез и осин откорчевали за месяц в Трубниковом Бору. Ну разве что батя на электричке, а потом пехом в лес, по выходным привозил пожрать чо в рюкзаке и помогал. Землю ж надо было очистить купленную в садово-огородном товариществе под огороды для мамани и дом с пристройками. Дача ж, фазенда, домик в деревне, хуле.
3

Еще один древний текст

Инвест-проэкт «Лапоть»
      Объявление Санкт-Петербурга культурной столицей мира, вызвало брожение в пытливых умах горожан. Что можем мы дать супостату от своей культурной столичности? Ответ лежит на поверхности – нечто исконное, национальное. Проблема за малым – у нас в городе с этим исконным совсем стало плохо. Потребуются усилия и вложения, чтобы мир, наконец, узнал настоящий петербургский лапоть.

     
      Два века назад Александр Дюма описал обувь типичного петербуржца: «на ногах у него род сандалий, которые держатся при помощи длинных ремешков, обвивающих ногу до самых колен». Ныне любой врач скажет, что традиционная русская обувь была источником здоровья и добродушия нации. Она проводила постоянный массаж стопы и именно оттого русские так поражали своим добродушием иностранцев — «Ни в какой другой стране, удивлялся автор «Трех мушкетеров», — не встретишь среди народа таких спокойных лиц, как здесь. В Париже из десяти человек, принадлежащих к простому люду, лица пяти или шести говорят о страдании, нищете или страхе. В Петербурге я ничего подобного не видел».
     
    Бизнес лапоть
      Теперь бы зато насмотрелся — лаптей в Петербурге не стало. Во всем городе сейчас лишь одна семья производит эту обувь — на заказ, по высокой цене и в ограниченном ассортименте. Супруги Татьяна и Валерий Сартаковы плетут только берестяные лапти для дома (бахоры, босовики, берестянники). Пару национальных тапок они продают за 1500-2000 рублей в зависимости от размера ноги.
      Совершенно не представлены на городском рынке более сложные в изготовлении лыковые лапти, конопляные чуни, а также многочисленные их варианты: шептуны, мочалыжники, вязовики, верзки, шелюжники, дубачи, волосянники и так далее. Неразвитость лаптевого рынка города имеет не только объективные причины – отсутствие доступной конопли, лыка и подготовленных кадров, но и субъективные. Так, дилеры могли бы закупать национальный товар в других регионах — в Новгороде, например, пару лыковых лаптей можно купить за 160 рублей, в Старой Руссе за 100, в Вятке за 80. Но они этого не делают. Не приходит в голову бизнесменам и еще одна простая мысль – понятно, что как обувь для города лапти ушли в прошлое, но как дачная, пляжная и банная обувка они, без сомнения, находятся вне конкуренции. Для продвижения этого товара уже все давно создано и написано — от исследований доказывающих полезность (гигиеничность, экологическая чистота, противогрибковый эффект), до рекламных слоганов: «Жена не лапоть — с ноги не скинешь» или «Не осуди в лаптях, сапоги в санях».
      В магазинах ныне можно встретить лишь сувенирные берестяные лапоточки длиной от 5 до 20 см (от 50 до 300 рублей), однако продажи их невелики. Причина этого в неудачном промоушне национальной обуви — иностранцы просто не понимают, что им пытаются продать. Купить же или заказать настоящий русский лапоть в Петербурге можно сейчас лишь на выставке «Российский фермер». Да и то, только берестяной.
      Ёмкость лаптевого рынка города между тем весьма значительна. По разным оценкам, ежегодно Санкт-Петербург посещает более 3 млн иностранных туристов. Если каждый из них увезет на историческую родину пару лаптей за 300 рублей, то оборот составит почти $30 млн. Сюда же следует добавить потребности внутреннего рынка дачников и посетителей городских пляжей и бань. Понятно, что эти найдут способ купить себе пару лаптей на сезон подешевле. Но даже и так получается никак не меньше $5 млн.
     
    Лаптебренд
      В результате, перспективный бизнес в городе сейчас монополизировала одна семья. Именно лапоточки на каблуке от Сартаковых увезла с собой из Петербурга обер-бургомистр Хельсинки Эва-Ритта Сиитанен. Губернатор Владимир Яковлев обзавелся не только берестянниками, но и комплектом для сауны из бересты — ковриком и шапочкой. Отметим, что берестяная шапка действенна от перхоти. Такой же комплект Сартаковых имеет губернатор Ленобласти Валерий Сердюков. Последний, кстати, запомнился посетителям последней ярмарки «Российский фермер» личным участием в продвижении продукции Сартаковых: «Подходи, налетай, лапти покупай», — провозглашал он там.
      При минимальном промоушне Сартаковым удалось добиться высоких продаж – около сорока пар в сезон. Щеголять лаптями в быту не брезгуют депутаты ЗакСа, которым сообразительные предприниматели отправили свою продукцию в дар. Такими ходами ремесленники уже создали лаптям флер элитарности. Так гендиректор салона причесок «Сафо» Антон Волин по-петровски указом перевел весь свой персонал на ношение лаптей в рабочее время. И это не только фишка заведения — на взгляд Волина, люди, которые долгое время проводят на ногах, просто нуждаются в ношении берестянников. Сам предприниматель так привык к русскому лаптю, что иногда забывает его снять: «Однажды забыл снять, вышел с работы и сразу в «Мерс». Через десять минут меня ГАИ тормозит за превышение скорости. У них лица изумленные — из «Мерседеса» последней модели вышел мужик в лаптях. Так удивились, что забыли про штраф».
      Другие горожане пытаются воздействовать на сограждан личным примером. Главный редактор одного петербургского еженедельника Олег Петриченко уже давно ходит по офису в бахорах и удивляется, что остальные сотрудники издания не следуют его примеру. Свои лапти он, кстати, усовершенствовал — укрепил кожей подошву (так медленнее снашиваются).
      Для создания лаптевого бренд-мифа поклонники босовиков прибегают к помощи мистики. Они утверждают, что, несмотря на исключительно положительные свойства лаптей, их нельзя оставлять, где попало. Оказывается, на подошве берестянников всегда собирается сильный энергоинформационный потенциал, много говорящий о сути владельца. Поэтому, остерегаясь порчи или сглаза, лапти надо хранить в недоступном для недругов месте. Для закрепления лаптебренда в сознании тут же припоминается традиция кидать вслед уезжающему начальству — волостному писарю, становому приставу или судебному следователю пару лаптей — «Правда в лаптях, а кривда хоть и в кривых, да в сапогах».
     
      Лаптефьючерс
      Согласно Владимиру Далю, лапоть это короткая плетеная обувь на ножную лапу, по щиколодки, из лык, мочалы, коры ракиты, ивы, тала, вяза, березы, дуба, тонких корней, драни молодого дуба, из пеньковых оческов, разбитых ветхих веревок, конских грив и хвостов и соломы.
      Лычный лапоть плетется в 5-12 строк, пучков, на колодке, кочедыком или коточиком (железный крючок), и состоит из плетня (подошвы), головы (переду), ушника, обешника (каймы с боков) и запятника. Поперечные лыка, загибаемые на обушнике, называются курцами. Иногда лапоть еще подковыривают — проходят по плетню лыком или паклею, а писаные лапти украшаются узорною подковыркою.
      Лапти обуваются на хлопчатобумажные или шерстяные носки и подвязываются оборами в переплет накрест до колена. Лапти для дома и офиса подвязок не имеют и называются – капцы, какаты, калхи, бахилки, коверзни, чуйки, постолики, ступни, босовики, топыги и пр. Их можно носить и на голую ногу.
      В Петербурге школы плетения лаптей не сложилось. Здесь их плели по всякому — косым и прямым плетением, с пятки и с носка. Причина в изначальном собрании в городе представителей почти всех племен великороссов. Плетение лаптей работа несложная, но требующая навыка. Потому «лыка не вязать», означает неспособность к элементарным действиям. Дешевизна, доступность, лёгкость и гигиеничность лаптей не требует доказательств. Широкое развитие лаптевого промысла в Петербурге, конечно, может вызвать протесты «зеленых», но чтобы этого не произошло, сырье можно заказывать в других регионах России, где до сих пор владеют способами брать часть коры, не губя дерева.
      Конечно, широкое развитие малого лаптебизнеса потребует поддержки правительства. Эта поддержка тем очевиднее, что чиновники уже убедились в преимуществах на дачах и банях национального лаптя перед заморскими тапками. Больших вложений бюджета не потребуется. Мелкий предприниматель сам найдет средства инвестировать в обучение и закупку сырья. Перед администрацией же города стоит более масштабная задача — представить лапоть иностранному потребителю.
      Для этого, например, в рамках очередного юбилея Санкт-Петербурга можно провести конкурс плетения самого большого в мире лаптя. Результат гарантированно попадет в книгу рекордов Гиннеса — никогда и нигде таких конкурсов не проводилось. Кораблестроители могли бы наладить выпуск оригинальных имидж-яхт vip-класса «Лапоть» (проект «Топыга», «Бахилка» или что-то вроде) в форме нацбота. Крупнейшие банки внесли бы свою лепту, вложившись в большой строительный проект и построив пятизвездочную гостиницу лапотного вида (варианты названия — «Шелюжник», «Какат», «Босовик»», «Запятник» и т.д.).
      Впрочем, гостиницу снесть — это не лапоть сплесть, это проект дорогостоящий и серьезный. Но уже сейчас, в пик туристского сезона над центром города можно повесить воздушный шар «Лапоть», который сам по себе вызывал бы интерес туристов и стимулировал бы спрос.
  • Current Music
    БГ "Рок-н-Ролл мертв"