Shon (redshon) wrote,
Shon
redshon

Categories:

Римские невозвращенцы

Кельты и греки


Среди пленных вторыми по числу представителей были кельты. Тысяча галльских кавалеристов была в армии Красса. У разгромленной в 40 г. до н. э. парфянами римской армии в Малой Азии даже командующий был кельт — Децидий Сакса. Десять тысяч испанских и французских кельтов всадников было с Антонием.
Прекрасно сохранившиеся мумии в кельтской одежде были найдены недавно в Синьцзян-Уйгурском автономном районе КНР (Китайский Туркестан). Тохарами бронзового века покойники быть не могут: в могилах найдены бытовые предметы из железа. Прижизненный быт усопших явно не был зажиточным.
Удивительно наличие в могилах тел молодых светловолосых европеек. Либо это жены пленных, которых они взяли с собой на войну, либо галльские пленницы продавались даже в Синьцзяне, но должны были стоить дорого. Свидетельства тогдашней оживленной торговли через Синьцзян прибывают постоянно. В тех краях и сейчас белая женщина редкость. Молодость покойниц говорит о том, что приживались они плохо.
О кельтах-галлах мы до сих пор знаем мало. До сих пор нет ясного ответа на вопрос: «Кто такие были кельты?» Галлы шли за Крассом не только грабить, но и ради безопасности и благополучия своих семей под римской властью. Они бы навредили родным, если бы ушли под знамена Лабиена. Попав в плен, они лишились коней, но представить их копающими вместе с лагерниками трудно. В мире кочевников лошади не редкость, и когда кельты обзавелись ими, какую службу они могли исполнять, не смешиваясь с римлянами? Полагаю, связанную с извозом и доставкой грузов. Галлы не стригли волосы, а прозвище доставщика вина в царские винохранилища значит «Обсыпанный перхотью». Завоеванные земли Галлии римляне называли общим термином «Волосатая (Косматая) Галлия» (Gallia Comata) за характерную для местного населения особенность носить длинные волосы. Эти длинные волосы мы видим у мумий кельтов, найденных в Китайском Туркестане.
Представления о волшебной силе волос отмечены у множества восточных и западных народов. Обрезание волос в случае смерти сородича люди рассматривали как самоистязание, как отрубание пальца, нанесение ран на тело, выбивание зубов и др.
Кельты стали посредниками между простыми парнями из Италии, парфянами и местными греками, которых было там много. Парфия, Бактрия и Согд были за два века господства греков эллинизированы, грекофицированы, огречены изрядно.
Красноречиво, что голову Красса парфянский царь Ород принял во время представления «Вакханок» Эврипида: в то время как зрители рукоплескали актеру, в залу эффектно вошел Силлак, пал ниц перед царем и затем бросил на середину залы голову Красса. На окраине, в Маргиане, греческое влияние было намного слабее.
Миллион галлов (вероятно, около четверти всего населения) погибло, ещё один миллион человек был порабощен, 300 племен были подчинены и 800 городов разрушены в ходе Галльской войны Цезаря. И греки, и галлы пострадали от римлян. Это сплачивало.
О мировоззрении кельтов мы знаем немного. Самой яркой и наиболее существенной чертой его, которая особенно поражала воображение древних, была вера кельтов в бессмертие. Уже после разгрома Галлии, многолетнего насилования ее Цезарем и другими ради ведения Гражданской войны, при наследовавшем Августу Тиберии, Валерий Максим пишет: «Рассказывают, что они одалживают друг другу суммы, которые будут выплачены в другом мире, настолько они убеждены, что души людей бессмертны. Я бы назвал их безумными, если бы эти одетые в штаны варвары не верили в то же самое, во что верил грек Пифагор».
Образованный римлянин либо не знает, что есть бескорыстие по отношению к соплеменникам или сотоварищам, либо это римская шутка.
Галлы были превосходными конниками, страстно любили лошадей и разводили их большими табунами. Военные лошади их славились. Галл-раб-пастух был драгоценным приобретением для римского скотовода, а сами условия италийского скотоводства позволяли свободолюбивому и гордому кельту не ощущать всей тяжести рабского ярма. Тут на помощь хозяину приходило то самое обстоятельство, которое, с другой стороны, доставляло ему столько беспокойства: это отдаленность пастуха от усадьбы и отсутствие хозяйского контроля. Пастух забывал о своем рабском положении, о котором ему почти ничто и не напоминало.
Маргиана до сих пор славится своими лошадьми.
Жили пленные кельты своим укладом и отдельно от римлян. Это устраивало и их и центурионов: межплеменные стычки были никому не нужны. Кельты пользовались большей свободой, быстрее осваивались в плену, а значит, имели дополнительный приработок: на поставках в лагерь греческих товаров: вина, утвари, орудий труда и быта, побрякушек для одаривания особо выдающихся лагерных джульетт . Кельты раньше римлян поняли, что рабами у парфян и кочевников считаются мужчины, передвигающиеся пешком. Вряд ли они сразу поделились этим знанием с лагерниками.
На рынках Италии греческое стало давно привычным. Спрос на знакомое невозвращенцами породил увеличение предложения, что отмечено археологами.
После договора Октавиана с Фраатом в 26 г. до н. э. кельты, как и римляне, стали вольными. Часть из них могла вернуть в Рим тоска по Родине, Отечеству. Тогда понятно, почему про эту часть, которую упоминает кельт Помпей Трог в эпитомах Юстина, не стал упоминать Август. Ведь ограбленные и покоренные римлянами кельты вернулись, а тысячи своих, римлян, не захотели. Удар по самолюбию и планам Августа сильнейший.
В бессмертии галлов убеждали друиды. Друиды были особым сословием галлов, о котором мы знаем мало. Цезарь писал о них: «Во всей Галлии существуют вообще только два класса людей, которые пользуются известным значением и почетом… Вышеупомянутые два класса — это друиды и всадники».
Друиды были внесословным сословием учителей, вроде нынешних индийских гуру или иных духовных вождей любого народа. Никто у кельтов не мог стать друидом, если он не был обучен друидом. Ученичество друида, названное Цезарем военным словом disciplina, начиналось очень рано, часто в возрасте, когда молодые находились еще под родительской опекой. Срок обучения был очень большим: некоторые оставались учениками в течение двадцати лет. Таким образом, ни один галл не становился друидом, не достигнув полной зрелости и не обладая достаточными знаниями предмета.
Цезарь знал о друидах не понаслышке. Его галльский подельник Дивитиак был друидом. Именно Цезарь послал в помощь Крассу тысячу отборных галльских всадников.
Дивитиак был деловым человеком, вождем эдуев, политиком , дипломатом и прорицателем, известным всей Галлии. Именно он пригласил Цезаря для решения внутригалльского спора за власть. Он был друид с высоким положением в обществе, меж тем верховный друид избирался только самими друидами, а не назначался государственными властями.
Сословие друидов помещалось, так сказать, вне галльских племен и как бы даже возвышалось над ними.
Друиды были весьма разносторонне развитыми людьми. Они сочиняли стихи, расследовали преступления, лечили, посредничали между людьми и богами, и самое главное — именно они воспитывали кельтское юношество.
Собрания их проходили в лесах и рощах.
Друиды среди пленных кельтов были. Кельтскую трубу мы видим на изображении жреца с ритона из Нисы.
У друидов был запрет на мировоззренческие записи, хотя они и владели руническим и огамическим письмом .
Любопытно, что источник древнетюркского рунического письма был найден в согдийском. Следовательно, у пленных друидов были ученики согдийцы, а у тех — тюрки.
Именно местные греки познакомили друидов с учением Будды. Греки с ним были знакомы давно.
Грек Менандр, царствовавший в 130–100 гг. до н. э. в Северо-Западной Индии, даже стал героем известнейшего буддийского произведения тех лет. В нем он беседует с учителем Нагасеной и изображен деятельным покровителем буддизма, хотя учение и не принимает. Это отклонение от бытовавших правил: побежденный в споре всегда принимает учение победителя.
Менандр утверждает, что он достиг бы святости Будды, стал бы архатом, но такой поступок невозможен для царя, как частному лицу царю не выжить — слишком много у него врагов, — и ему остается поглядывать на Нагасену, уподобляясь «льву в золотой клетке»: почетно, да несвободно.
Затем Менандр прещедро награждает учителя.
Время составления книги о беседах Менандра и Нагасены, по мнению писавшего о римском влиянии в буддистском искусстве С. Ф. Ольденбурга, совпадает со временем пребывания в тех же краях римских невозвращенцев. В книге находим любопытное описание столицы Менандра:
«Так гласит предание. Есть в стране греков (Йонака ) город Сагала, окруженный разными другими городами, расположенный в прекрасной местности, украшенной реками и горами, наполненный садами и парками, рощами, озерами и прудами, очаровательными реками, горами, лесами. Город был разбит искусными зодчими, враги и недоброжелатели его были побеждены, и потому не было в нем насилий, крепки и разнообразны его сторожевые башни и укрепления его стен, великолепны его ворота, окружен глубоким рвом и белыми стенами царский замок; прекрасно расположены улицы, площади, перекрестки, рынки. Отлично выставлены разнообразные отборные товары, которыми полны его лавки. Он украшен сотнями различных домов милостыни. Сотнями тысяч отборных домов он подобен вершинам Гималая. Город полон слонов, коней, повозок, пешеходов. По улицам его ходят толпы прекрасных женщин и мужчин, он полон разных людей — кшатриев, брахманов, вайшьев и шудр. Здесь стоит гул от приветствий разным шраманам и брахманам, стекаются сюда различные мудрецы и доблестные люди. Полон город лавок для продажи тканей из Бенареса, из Котумбары и различного платья. Он благоухает от благовоний лавок, где выставлены различные благовония и цветы. Город полон драгоценных камней, каких только пожелаешь. Толпы купцов посещают лавки, расположенные во все страны света. Всюду деньги, золото, серебро, медь, город блестит ими, как сокровищница; в кладовых и складах много добра и зерна: и съедобное, и напитки всяческого рода, и сладости. Город подобен uttarakuru (Богатой стране) и славою он точно Alakananda — град богов».
После Менандра правила еще пара десятков греческих царей. Весь I век до н. э. власть греков еще держалась в восточном Пенджабе, пока последний царь Стратон II не был побежден более сильным противником, и в 10 н. э. появляются монеты нового царя — Раджувулы. Латинский суффикс ul в именах многих детей лагерников был удобен для узнавания братом брата.
Найдены надписи и посвящения от греческих губернаторов буддийского характера. О неравнодушии местных греков к мыслям учителя Будды есть свидетельство из Махавамсы : греческий монах Махадхармараксита пришёл из города Александрии (предположительно Александрия Кавказская около Кабула ) c 30 тысячью монахов на церемонию открытия Великой Ступы в Анурадхапуре в Шри-Ланка. 30 тысяч дисциплинированных и проповедующих милосердие монахов должны были выглядеть внушительно. К сожалению с датировкой этого запоминающегося события есть неопределенность.
Греки задолго до появления римлян обогатили буддийский лексикон словом архат (санскр. अर्हत्, «достойный»), происхождение которого удовлетворительно объяснять лишь из греческого языка.
Архатами (начальными) называли себя в Афганистане, Пакистане и Индии греки, понявшие суть учения Будды и начавшие его распространение в Центральной Азии. Прилагательное образовано от слова: ἀρχή — начало.
Именно архаты и кельтские друиды окормляли римских пленных, почти 20 лет строивших дороги из Тохаристана и Регистана. Окормляли в прямом смысле — подкармливали съестным, хлебом и вином из Маргианы, дарами Будды, святыми дарами, парамитой, ну и именем Будды и его учением. Ведь лишь сытое брюхо к учению глухо.
Резкое изменение рациона должно было вызвать у пленных тоску по привычным еде и питью, ровно такую как у Овидия. Римляне всегда платили долги. Впоследствии благодарные дары Будде стали для них и их потомков обычаем.
Уподобление римского божества местному являлось самым понятным для окормляемых. Из римских богов уподобить Будду можно лишь Янусу.

Предисловие
Часть I. Врастание и укоренение
Пленные и беглецы

Margo и маргарита
Вино и еда
Женщины и дети
По следу Красса
Гораций
Ordo в Китае

Янус и Будда
Tags: книги, римская эмиграция, римские невозвращенцы, римские пленные, я
Subscribe

Comments for this post were disabled by the author